Кулькин, Анатолий Михайлович

17:51
Глава 3

Глава 3.

ЭВОЛЮЦИЯ ОРГАНИЗАЦИОННЫХ ФОРМ

НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

 

Как уже кратко отмечалось в разделе 1.1., приблизительно с 70-х годов прошлого века в силу экономических причин наука вступила на путь интенсивного развития, появились новые для того времени формы организации ИР, которые позволяли более эффективно использовать накопленный научно-технический потенциал, сокращая традиционный цикл наука–производство–рынок. В последние десятилетия прошлого века и сегодня организационные факторы ПНТР развиваются по двум внешне противоположным направлениям. Первое из них – это консолидация национального потенциала, обеспечение взаимодействия всех секторов науки, кооперация усилий их субъектов для обогащения и ускорения инновационных процессов, для повышения конкурентоспособности страны на мировом рынке наукоемкой продукции, расширения сбыта и получения в итоге большей прибыли и соответственно больше ресурсов для дальнейшего развития ИР и экономического роста. Второе направление, преследующее те же цели – это глобализация науки и производства, трансформация географического распределения научно-технического и производственного потенциала, переход транснациональных корпораций от вертикальных жестких систем к горизонтальным, позволяющим функционировать экономнее, легче приспосабливаться к условиям рынка и их динамичным изменениям.

 

3.1. Консолидация национального научно-технического потенциала

В процессе консолидации национального научно-технического потенциала ведущую роль играет государство (из перечисленных выше его ипостасей по отношению к науке в этом случае на первый план выходят законодательная и координационная). Организационных форм, в которых данный процесс протекает, довольно много, и поскольку мы фактически имеем дело с явлениями сегодняшнего дня, развивающимися, меняющимися на глазах, строго классифицировать их, составить достаточно полную схему и разложить все «по полочкам» трудно, не рискуя значительно обеднить реальную картину.

Поэтому мы ограничимся лишь распределением по укрупненным категориям в зависимости от параметра, влиянию времени не подверженного, – уровня, на котором организуется интеграционное взаимодействие. Тогда вся совокупность программ, центров, ассоциаций, консорциумов распадается на четыре массива: общегосударственные или, как их часто называют, национальные, в том числе отраслевые, затем региональные или местные, далее – межучрежденческие, на уровне отдельных организаций, и, наконец, – международные. В нашем случае наибольший интерес представляет первая из перечисленных категорий.

 

3.1.1. Национальные исследовательские программы (НИП)

Термин «национальная программа» используется сегодня настолько широко, что под ним зачастую имеются в виду совершенно разные по содержанию, организационным принципам, схемам управления и финансирования мероприятия. С одной стороны, национальными программами называют целые направления науки и техники, поддерживаемые государством и включающие в себя десятки, а то и сотни разнокалиберных проектов и программ в более узком смысле этого слова. Принято, например, говорить об американской (российской, японской и т.д.) космической программе как о всей совокупности проводимых страной космических исследований, или о национальных программах охраны окружающей среды, развития здравоохранения, сельского хозяйства. С другой стороны, в ранг национальных номинально может попасть и сравнительно небольшой проект, выполняемый в рамках какого-либо университета или института, коль скоро этот проект представляется его авторам достаточно важным и новаторским. Поэтому прежде чем переходить к предметному рассмотрению НИП, необходимо оговорить, какие именно исследования и разработки мы относим к данной категории, какими специфическими признаками они обладают.

Определяющими, на наш взгляд, являются два основных критерия. Первым, который и оправдывает название «национальная», является участие в разработке и реализации программы всех основных секторов научно-технического потенциала страны: государственного, академического и частнопромышленного. Речь, разумеется, не идет о какой-то мобилизации, состав участников формируется на сугубо добровольной основе, и каждый из них руководствуется собственными интересами, однако масштабы национальных программ диктуют необходимость широкого межсекторального сотрудничества. В принципе возможны и усеченные варианты, когда какой-либо один сектор в числе участников не представлен, но такие случаи встречаются очень редко. В зависимости от того, какой из секторов играет роль «первой скрипки», НИП можно подразделить на государственные и частнопромышленные. Академический сектор в качестве основной движущей силы, организующей и финансирующей программу на национальном уровне, не выступает.

Второй основной признак НИП – это конкретность содержания, целей, сроков исполнения и объемов капиталовложений. Этим они отличаются от поддержки отдельных направлений науки или научных учреждений «в целом». Правда, следует отметить, что в последнее десятилетие «общее» финансирование вообще становится редкостью, уступая место контрактным и иным целевым формам. Даже для получения сравнительно небольшой субсидии (гранта) от правительственного ведомства, частного или общественного фонда требуется четкое обоснование, доказывающее, что деньги не будут потрачены зря. Но от подобных грантов НИП дистанцирует первый признак – масштабность и комплексный состав исполнителей.

Очевидно, что отвечающая сформулированным требованиям категория ИР остается весьма обширной, и внутри нее концентрируются проекты, сильно отличающиеся друг от друга по многим вторичным параметрам: по характеру целей, по источникам финансирования, по схемам организации работы и управления. Поэтому желательна более глубокая классификация, позволяющая выделить наиболее типичные варианты внутри общей группы.

По характеру целей программы можно разделить на два типа:

1. НИП, организованные с целью создания конкретного технического изделия. Их можно условно назвать продукционными. Эти программы, восходящие ко времени Второй мировой войны (наиболее показательный пример – проект «Манхеттен», кодовое название разработки американской атомной бомбы), обладают довольно четкой спецификой: почти всегда государство выступает здесь в качестве заказчика, полностью финансирует работы и является потребителем конечного результата. Соответственно, они организуются в тех областях, за состояние которых именно государство несет ответственность: оборона, космос, фундаментальная наука, частично – энергетика, здравоохранение. Объем и тематический спектр национальных программ данного типа в той или иной стране зависят от места государственного сектора в национальной экономике и степени участия государства в регулировании ее развития.

Примерами продукционных НИП могут служить военные американские и западноевропейские проекты, вплоть до программы «Звездных войн», французская и японская программы создания атомных электростанций, строительство крупных установок для проведения фундаментальных исследований (ускорители элементарных частиц, уникальные телескопы, исследовательские морские суда), разработка американского «Шаттла» или космической станции, новых типов ракет-носителей, космического телескопа Хаббла и многие другие подобные проекты. Характерной тенденцией в развитии таких программ является их переход с национального на международный уровень, как это произошло с проектом космической станции, которая функционирует на орбите с ноябре 2000 г., причем строительство ее продолжается. В первую очередь это относится к проектам гражданского назначения. В строительстве американской космической станции принимал участие 16 стран*, российские, американские и западноевропейское космические агентства. Ряд ответственных узлов телескопа Хаббла был спроектирован и изготовлен в странах Западной Европы. В меньшей мере, но интернационализация имеет место и применительно к сугубо военным объектам (военная техника стран НАТО, японо-американский истребитель-бомбардировщик и др.).

2. Разработка новых технологий, обеспечивающих технический прогресс и конкурентоспособность какой-либо отрасли производства или группы взаимосвязанных отраслей. Этот тип программ, впервые отработанный и очень эффективно использованный японцами, сегодня широко применяется во всех развитых странах, наиболее четко отражает отмечавшееся выше стремление к консолидации национального научно-технического потенциала и интенсификации его использования. В появлении технологических НИП отчетливо проявилась способность капиталистического хозяйства в его нынешнем виде гибко реагировать на изменение объективных условий жизни общества и в необходимых пределах поступаться казавшимися когда-то незыблемыми принципами частной собственности и конкуренции.

Объектами национальных программ технологического типа являются, в первую очередь, новейшие отрасли техники: электроника, вычислительные системы, телекоммуникации, биотехнология, материалы с новыми свойствами. Три первых направления часто объединяют термином «информационная» техника или технология. Если считать перечисленные отрасли и программы первичными, то за ними следует волна вторичных программ, нацеленных на перестройку традиционных отраслей (металлургии, машиностроения, химии, сельского хозяйства и др.) за счет внедрения достижений новейших технологий.

Финансируется рассматриваемая группа НИП и за счет государственного бюджета, и промышленными фирмами-участниками. Соотношение между бюджетными частными средствами зависит от содержания программы и от сложившихся в стране общих пропорций в финансировании научных исследований. Допустим, в Японии государство выделяет обычно лишь небольшую часть общих затрат, а основные расходы несет частно-промышленный сектор, в США или во Франции чаще бывает наоборот, а в Англии правительство, как правило, стремится к тому, чтобы разделить затраты на паритетных началах с промышленностью. Академический сектор крайне редко вносит собственные средства в «общий котел». Его участие оплачивают другие партнеры.

Наиболее известными национальными программами технологического развития, осуществленными в недавнем прошлом являются: в США – программы стимулирования прогресса микроэлектроники и вычислительной техники, одна из них осуществлялась через специально созданный исследовательский консорциум МСС (Microelectronics and computer technology corporation), вторая – через такой же консорциум SEMATECH, программа создания аэрокосмического самолета; в Японии – более десятка программ, большинство из которых проходит под эгидой министерства внешней торговли и промышленности, а наиболее крупной является программа создания вычислительной техники пятого поколения; в Великобритании – программа Элви (вычислительная техника) и продолжавшая ее Национальная инициатива в области информационной технологии; во Франции – так называемая «фильерная» программа по электронике (La Filiere electronique) в рамках ЕЭС, к такого типа программам близки «ESPRIT», «RACE», «BRITE», «EURECA», «DELTA», «DRIVE», «BICEPS». Программы, осуществляемые ЕЭС, конечно, являются не национальными, а международными. Да сегодня вообще зачастую не так просто отделить национальное сотрудничество от международного, поскольку в любой стране Западной Европы или Америки, да и в Японии есть десятки филиалов зарубежных фирм, зарегистрированных как компании страны пребывания. Кроме того, практически все ведущие национальные фирмы какой-либо отрасли связаны с аналогичными фирмами других стран множеством соглашений о взаимном лицензировании, обмене технологией и т.п. Поэтому для того, чтобы программа действительно охватывала только фирмы данной страны, необходимо принимать специальные меры, что во многих случаях и делается. К примеру, членами консорциума «SEMATECH» в момент его создания могли быть лишь фирмы, главные офисы которых находятся на территории США.

Так выглядят основные типы национальных программ, если их классифицировать по характеру целей. Если же в качестве параметра выбрать источник финансирования, то здесь можно различить две группы, хотя в каждой из них при более детальном рассмотрении найдутся, конечно, несколько отличающиеся друг от друга варианты. К первой группе относятся программы, финансируемые из какого-либо одного сектора; чаще всего в таком качестве выступает государство, реже – промышленность. Вторую группу составляют проекты со смешанным финансированием. В нем могут участвовать и государство, и промышленность, и финансовый капитал, и различные фонды, и академический сектор.

Жесткой связи между классификацией по характеру целей и по источникам финансирования нет, программа любого типа может оказаться в каждой из двух отличающихся по источникам средств групп. Но чаще всего продукционные программы попадают в первую группу, а остальные – во вторую.

С учетом третьего «вторичного» параметра – организации работ и управления – программы делятся, по крайней мере, на три класса. Первый охватывает проекты, которые разрабатываются и реализуются силами и в рамках структур, постоянно действующих независимо от какого-то конкретного из этих проектов – государственного аппарата, аппарата промышленных фирм или университетов. В каждом из них есть специализированные звенья, занимающиеся именно такого рода работой. Каких-то новых структур, связанных с данной конкретной программой, не создается, ни управленческих, ни исследовательских. Такая ситуация типична для оборонных или космических гражданских проектов средних масштабов. Соисполнители их четко связаны по вертикали с тем звеном, которое программу возглавляет, а горизонтальные связи ограничиваются обычными взаимоотношениями субподрядчиков и поставщиков отдельных систем и узлов. Степень коллективности исследовательских работ в этих случаях низка.

Второй класс – это программы, для разработки и реализации которых внутри традиционных постоянных структур, перечисленных выше, создаются специальные звенья, свой управленческий механизм, связанный только с данной программой и действующий на время ее реализации. Такие организации обычно обрастают координационными, рабочими и консультативными группами, советами и другими вспомогательными органами. Степень консолидации сил соисполнителей и уровень их контактов, интенсивность обмена информацией возрастает, но специальных коллективных исследовательских учреждений не возникает. Программа предстает как совокупность разномасштабных проектов, каждый из которых выполняется отдельной фирмой или университетом. Так выглядят большинство программ ЕЭС и некоторые крупные технологические национальные программы в США (стратегическая оборонная инициатива – «звездные войны», стратегическая компьютерная инициатива), Великобритании (программа Элви и др.).

Для относящихся к третьему классу программ характерно создание не только специального управленческого механизма, но и объединения кадровых и материальных ресурсов соисполнителей в едином центре. Центр может создаваться с самого начала работ или на других, более поздних этапах. Условия его комплектования варьируются от временного командирования сотрудников организаций-участников программы на различные сроки до найма специального самостоятельного штата исследователей. Силами этого центра выполняется не весь объем ИР, значительная часть их проводится соисполнителями в своих лабораториях и цехах, но наиболее сложные проблемы решаются обычно в объединенном центре, равно как и самые ответственные этапы сборки, отладки и испытаний прототипов и экспериментальных образцов. По такой схеме была построена программа создания пятого поколения вычислительной техники в Японии и ответные американские программы, осуществлявшиеся консорциумами «МСС» и «SEMATECH».

Если проследить во времени эволюцию организационных структур, используемых для реализации НИП, то достаточно четко проступает тенденция перехода от менее централизованных форм к более централизованным, обеспечивающим большую степень объединения ресурсов исполнителей и четкую координацию действий, вплоть до создания совместных коллективов исследователей.

В качестве конкретных примеров рассмотрим две американские НИП, одну японскую и одну программу ЕС.

 

3.1.2. Консорциум «SEMATECH»

Консорциум, название которого представляет собою сокращение трех слов – semiconductor manufacturing technology (технология производства полупроводников), создан в 1987 г. и является одним из звеньев целой цепи мер, предпринимавшихся правительством и промышленными фирмами США в ответ на японские НИП развития электроники и вычислительной техники.

Инициатива его создания принадлежала Ассоциации полупроводниковой промышленности США (US Semiconductor industry association – SIA), и в основу проекта были положены принципы кооперации, во многом сходные с применяемыми японцами. Для США – это один из первых национальных проектов такого типа. Целью его было вернуть Соединенным Штатам первенство в области производства оборудования для изготовления различных типов интегральных схем (ИС). В 60-х годах и начале 70-х американцы были непререкаемыми лидерами на данном направлении научно-технического развития. Еще в 1975 г. три четверти мирового рынка ИС принадлежало американским компаниям. Но к 1986 г. их доля сократилась до 55%. За тот же период доля японских фирм увеличилась с 15 до 40%, а по некоторым видам схем памяти – RAM 64K – Япония захватила 70% (1, с.14).

В консорциум входили 14 фирм, среди которых были основные изготовители микросхем, поставщики исходных материалов и потребители конечной продукции, изготовители компьютеров. Достаточно назвать «Intel», IBM, AT&T. Штаб-квартира организации и опытное производство разместились в г. Остин (штат Техас). Предложения принять у себя «SEMATECH» поступали от примерно 100 городов из 30 штатов страны. Остин вышел победителем после того, как Техасский университет купил у фирмы «Data General Corp.» здание ее бывшего завода площадью 350 тыс. кв. футов и изъявил готовность сдать его консорциуму в аренду за весьма умеренную плату.

Правительство и конгресс США поддержали инициативу SIA.Конгресс в декабре 1987 г. одобрил проект и выделил на первый год со стороны государства 100 млн. долл. Со стороны правительства в консорциум вошло министерство обороны, но не в качестве организатора, а на правах одного из членов.

Консорциум имеет собственную администрацию, во главе которой стоит исполнительный комитет (executive committee). Первым главным администратором, осуществлявшим непосредственное руководство работами, был до своей смерти в 1990 г. Р.Нойс, «призванный» из фирмы «Intel corporation», которую он основал и возглавлял в течение многих лет. Высокий авторитет Нойса в промышленных кругах, его репутация блестящего организатора служили, по мнению многих обозревателей, залогом успеха программы.

Военное же ведомство оказалось в правительственном аппарате наиболее удобным каналом для оказания финансовой помощи испытывающей трудности отрасли промышленности. Гражданского ведомства, способного представлять правительство в такой программе, как «SEMATECH», не нашлось. Это лишний раз дало повод высказаться сторонникам организации в США Министерства науки и техники (такое предложение время от времени всплывает и дебатируется уже много лет, но достаточно широкой поддержки не получает). Они считали, что министерство обороны мало подходит для участия в программе, нацеленной на коммерческую реализацию результатов ИР. Для военных вопросы экономической эффективности никогда на первом плане не стояли, а многие контракты Пентагона в этом плане оказывались совершенно несостоятельны и не раз подвергались острой и справедливой критике.

Со стороны Управления перспективных исследований, ведающего участием Пентагона в программе, была сделана попытка навязать консорциуму принятую у военных систему организации долгосрочных ИР – распределить деньги между университетскими и частными исследовательскими лабораториями, где есть многообещающие идеи и научный задел, а за собой оставить лишь функции координатора. Но руководители «SEMATECH» воспротивились этому, считая необходимым создавать собственный экспериментальный центр. В итоге было достигнуто компромиссное решение – консорциум такой центр организовал, но 20% от общего объема выделенных на программу денег обязался использовать для финансирования перспективных проектов «на стороне».

Перед консорциумом ставились три основные задачи. Во-первых, обеспечить условия для широкого освоения всей отраслью уже существовавшего, но использовавшегося лишь наиболее крупными и прогрессивными фирмами оборудования. Во-вторых, развернуть исследовательские и опытно-конструкторские проекты создания принципиально новых технологий, которые позволили бы качественно улучшить главные параметры ИС: степень интеграции, надежность и т.д. Здесь были выделены три этапа, три технических рубежа, различавшихся по важнейшему показателю – миниатюризации элементарных логических ячеек. Ближайший рубеж, достижение которого намечалось к середине 1990 г. – это разработка технологии и комплекса оборудования, обеспечивающих массовое изготовление ИС с ячейками размером 0,8 мкм (напомним, что 1 мкм равен одной тысячной доле миллиметра). Следующий шаг – переход к схемам с минимальной геометрией 0,5 мкм (к концу 1990 г.), а конечная цель, поставленная на 1994 г. – 0,35 мкм. Нужно иметь в виду, что за каждым таким шагом стоит промышленное освоение сложнейших физико-химических процессов (например, переход от оптической литографии к рентгеновской), новых материалов и средств автоматизации. И каждый шаг обещает появление новых поколений электронной и иной техники – производственной, бытовой, военной. В-третьих, задачей консорциума являлась организация демонстрационных участков, где все создаваемое оборудование должно было проходить эксплуатационную проверку, действуя круглосуточно и давая возможность фирмам-участницам программы не только наглядно убедиться в его работоспособности, но и обучить кадры специалистов, которые смогли бы наладить аналогичные линии на своих заводах. Демонстрационные участки были организованы в том самом собственном экспериментальном центре, на создании которого настояли руководители консорциума.

Бюджет складывался из трех источников – дотаций федерального правительства, взносов фирм-участниц и дотаций правительств штатов и местных властей. На ассигнования центральной власти приходилось примерно 2/5 всех затрат. Фирмы, вступившие в консорциум, отчисляют в его бюджет 1% выручки от объема своего сбыта, но взнос каждой из них не должен превышать 15% общей суммы, поступающей от частнопромышленного сектора. Право участия в «SEMATECH», как уже отмечалось, имели только компании, выпускающие полупроводниковые приборы и/или оборудование для их изготовления, имеющие главные отделения на территории США, то есть компании американские. Результаты выполненных консорциумом ИР принадлежат его участникам, но лишь на несколько лет они остаются закрытыми для других потенциальных потребителей. По истечении этого срока консорциум обязан предоставлять возможность закупки у него лицензий всем желающим. Таким образом, организаторы «SEMATECH» получают лишь определенную фору при использовании новых технологий, но не монополию на них.

Сами американцы оценивали появление консорциумов типа «SEMATECH» как крупный сдвиг во всей философии частнопредпринимательской деятельности. Приведем лишь мнение известного научного обозревателя Д.Гринберга, которого мы упоминали выше: «В прошлые времена на любом совещании представителей промышленности, где обсуждалось бы сотрудничество между «IBM», «Hewlet-Packard», «Texas Instruments» и другими конкурентами, немедленно зазвучали бы сигналы тревоги по поводу нарушения антитрестовского законодательства». «Пять, восемь лет назад члены «SEMATECH» могли бы попасть под суд», – говорит Фрэнк Пресс, президент Национальной академии наук и бывший советник президента Картера по науке, – «Сегодня правительство их поддерживает и поощряет. Министерство обороны вкладывает 100 млн. долл. в 250-миллионный годовой бюджет «SEMATECH» как свою долю участия в отчаянной попытке противостоять стремительно растущему преобладанию Японии в жизненно важной области производства чипов. Закрываются глаза на то, что прямые правительственные субсидии работающей ради прибылей отрасли промышленности и включение конкурирующих друг с другом фирм в финансируемый государством консорциум представляют собой поворот на 180о в ориентировавшейся на свободный рынок идеологии рейгановской администрации. По отношению к «SEMATECH» Пентагон функционирует как миниатюрное MITI (Министерство промышленности и внешней торговли Японии в 80-е гг. – Авторы), отечески опекая коллективные усилия по созданию новой революционной технологии изготовления чипов. Члены консорциума при сравнительно небольших собственных платежах могут стать участниками долгосрочных капиталовложений в ИР и избавиться от постоянного давления держателей акций, требующих немедленно отдачи» (2, с.38).

Консорциум выполнил все поставленные перед ним при его создании задачи, но не прекратил своего существования, а перерос в коллективный исследовательский центр полупроводниковой промышленности США, который в 2007 г. отпраздновал свое двадцатилетие. За эти годы он обеспечивал американское, а по сути дела все мировое производство базовых элементов электронной техники новейшими технологическими разработками, прогнозами, экономическими оценками производственных процессов. Консорциум и сегодня продолжает интенсивно работать, решая проблемы перехода к наноэлектронике. За последние пять лет,  участвуя в работе «SEMATECH» многие наиболее продвинутые в плане инноваций компании получили более двух млрд. долл. прибыли. Члены консорциума, по их подсчетам, имеют 5,4 долл. на каждый ими вложенный доллар, что по любым меркам чрезвычайно выгодно. Входящие в консорциум предприятия изготавливают примерно половину всех производимых в мире полупроводниковых приборов. К тому же «SEMATECH» связан взаимными сотрудническими обязательствами с поставщиками сырья, университетами, исследовательскими институтами, другими консорциумами, правительственными органами и начинающими фирмами  по всему миру. За два десятка лет консорциум оброс «семейством» дочерних организаций и предприятий. В их числе – ATDE (Advanced technology development facility) – экспериментальное предприятие, на котором апробируются новейшие технологии изготовления полупроводниковых интегральных схем и сами схемы, отрабатываются методики, стандарты и производственная инфраструктура, позволяющая повысить производительность и снизить затраты; и ISMI (International SEMATECH manufacturing initiative) – единственная в мире организация, занимающаяся исключительно проблемой эффективности производства полупроводниковых материалов и интегральных схем. Члены консорциума «SEMATECH» являются и членами ISMI. Кроме этих двух предприятий к консорциуму примыкает (хотя и не принадлежит) еще одна организация – International technology roadmap for semicondactors (ITRS). Она является международной, финансируется национальными ассоциациями предприятий полупроводниковой промышленности США, Западной Европы, Японии, Тайваня и Южной Кореи. Задачей данной организации является оценка технологий, прогнозирование и согласование в международном масштабе технических параметров перспективных микросхем и сроков достижения этих параметров основными производителями. Всего перечисленные выше ассоциации насчитывают 1288 членов, из них 709 (55%) в США, 223 (17%) – в Японии, 172 (13%) – на Тайване, 124 (10%) – в Западной Европе и 60 (5%) – в Южной Корее.

 

* США, Россия, Канада, Япония, Бразилия, Бельгия, Великобритания, Германия, Дания, Испания, Италия, Нидерланды, Норвегия, Франция, Швейцария, Швеция.


Категория: Парадигма современного научно-технического развития | Просмотров: 149 | Добавил: retradazia | Рейтинг: 0.0/0