Кулькин, Анатолий Михайлович

17:57
О глобализации науки и производства

3.2. О глобализации науки и производства

Процессы глобализации в последние 15-20 лет привлекают чрезвычайно пристальное внимание обществоведов, СМИ, политиков и общественных организаций. Убедительным доказательством этого внимания является очень большое количество научных статей и книг, ежегодно публикуемых по данной проблеме в указанный период, не говоря уже о газетных материалах, радио и телевизионных передачах. Например, в 1998 г. в мире было напечатано 2822 научные статьи и 589 новых книг о глобализации (10). При этом, как отмечается на сайте Globalisation Guide, автор каждой статьи и книги дает собственное определение предмета. Множество статей посвящены именно этой проблеме – какое определение следует давать рассматриваемому термину (11, 12 и др.). И в большинстве случаев перечисляется несколько вариантов подходов, подчеркивающих какую-нибудь одну из сторон рассматриваемого сложного, комплексного явления или увязывающих его с теми или другими политическими событиями. Так, С.Райх (S.Reich) (11) предлагает четыре варианта (не отдавая предпочтения ни одному из них): исторический (глобализация – некоторая, занимающая определенный исторический период времени эпоха), экономический, социологический и технологический. А С.Кобрин (S.Kobrin) ограничивается тремя: глобализация как результат совпадения ряда политических и экономических событий; глобализация, которая инициируется политическими сдвигами; глобализация как результат структурных перемен в технологии, транспорте, коммуникациях (там же). Но какие бы варианты определений и подходов тот или иной автор не предлагал, когда он излагает существо процесса, то говорит примерно то же, что и остальные.

Глобализация – явление многогранное, комплексное, и, на наш взгляд, расчленять его и пытаться установить некую иерархию составляющих не имеет смысла, разумнее рассматривать всю совокупность в ее многообразии, поскольку эти составляющие взаимосвязаны и переплетены, демонстрируют синергизм, определяющий конечный результат. Оценки могут быть разными, есть сторонники глобализации, оценивающие ее позитивно, как очередной крупный шаг на пути технологического и социального прогресса, есть и ее яростные противники, видящие лишь негативные стороны процесса, но фактологическая объективная канва от этого не меняется, и основными ее «узлами» являются следующие положения.

1. Главным содержанием процесса глобализации является тенденция к экономическому, политическому, социальному и культурному сближению национальных государств мира, росту их взаимосвязей и взаимозависимости, взаимного влияния, которые, в конечном счете, в весьма отдаленном будущем возможно приведут (сколь бы утопично это ни звучало сегодня) к формированию единого общества землян.

2. Глобализация – процесс длительный и темп его неравномерен, есть периоды ускорения и периоды остановки, даже регрессии, но в конечном счете движение это неодолимо и происходит с заметным даже на протяжении жизни одного поколения ускорением.

3. Большинство исследователей увязывают историю процесса глобализации с историей капитализма и видят первые шаги к глобальному миру в далеком прошлом, когда Испания, Португалия, Великобритания создавали свои торговые колониальные империи. Открытие Америки, первое «глобальное» плавание экспедиции Магеллана, завоевания некоторых прибрежных индийский территорий англичанами, португальцами, французами, голландцами, все это уводит нас на рубеж XV-XVI вв. Конечно, в плане глобализации то были лишь первые ласточки, которые погоды не делали, но при желании в качестве начальной точки отсчета их можно использовать.

4. Первая волна глобализации датируется примерно полувеком, предшествовавшим Первой мировой войне. Многие считают время с 1870 по 1914 г. «золотым веком» международной экономической интеграции (12, с.3). Объем мировой торговли в этот период ежегодно возрастал на 3,4% (13), экспорт с 1880 по 1913 г. увеличился втрое. К 1913 г. он составлял 15% ВВП в Великобритании, 12% ВВП в Германии, 15% в Голландии, 18% в Бельгии и 6% во Франции (14, с.30). Росли портфельные инвестиции европейских стран в заокеанские земли. Уже в конце XIX в. в Германии и Франции они составляли около 20% общего объема сбережений, а в Соединенном Королевстве были равны 53% национальной «копилки» (там же, с.209). В конце XIX  и начале XX века происходила массовая миграция населения. Европу с 1871 по 1915 гг. покинули 36 млн. человек (12, с.3). Авторы (14, с.2) отмечают, что «к 1914 г. в мире вряд ли можно было найти деревню или город, где бы цены на товары не испытывали влияния отдаленных зарубежных рынков, где инфраструктура не финансировалась бы иностранным капиталом; производственные, инженерные и даже бизнес навыки не импортировались из-за границы и где рынки труда не знали потерь от эмиграции и присутствия чужаков, иммигрировавших в страну». Чем не описание процесса глобализации? Правда, сам этот термин появился лишь в 60-е гг. ХХ в.

В 1914 г. грянула Первая мировая война, и не успела экономика воевавших стран (фактически все развитые государства в эту войну были втянуты) восстановиться, как разразился мировой кризис 1929 г. и последовавшая за ним депрессия. Глобализация застыла, «национальные государства вернулись в свои раковины, ощутив способность мирового рынка ввергнуть их в омут нищеты и безработицы» (15, с.2).

5. Вторая волна глобализации началась, по мнению большинства обществоведов, в середине 70-х гг. прошлого столетия, через 100 лет после первой, и продолжается в наши дни. Локомотивами этого процесса, как и раньше, выступают транснациональные корпорации (ТНК). На 2006 г. в мире насчитывалось 78 тыс. ТНК и 780 тыс. их филиалов, разбросанных по разным странам. Объем сбыта производимых ТНК товаров достигает 25 трлн. долл., что в 1,75 раза превышает объемы мирового экспорта (12, с.5). Стержневым процессом, характерным для второй волны, является не рост объемов мировой торговли, хотя он тоже интенсивно меняется (в 1982 г. – 19% ВВП, в 2004 г. – 24% ВВП), а прямые иностранные инвестиции, перенос производственных мощностей в страны с дешевой рабочей силой или сырьевыми ресурсами, превращение ТНК в гибкую распределенную структуру, отдельные звенья которой обладают значительной степенью самостоятельности. Технической базой, позволяющей выполнить такого рода перестройку являются современные мощные и прогрессирующие небывалыми в истории техники темпами информационные и коммуникационные технологии.

Современная технология объективно глобальна. Например, разработка, производство и внедрение на рынок нового лекарственного препарата стоит более 800 млн. долл. (18). Одна из основных фармацевтических фирм мира, Pfizer, в 2006 г. потратила на ИР 8 млрд. долл. (19). Такого масштаба затраты, а они характерны не только для фармацевтики, но и для аэрокосмической промышленности, телекоммуникационной, для производства информационной техники, невозможно окупить даже на самом большом из существующих национальных рынков, нужен рынок мировой. Кроме того, ИР сегодня в значительной мере интернационализированы, создание нового изделия требует участия ученых и инженеров из разных регионов, работы ведутся в разных часовых поясах, практически круглые сутки. Далее, если попытаться сосредоточить все производство, например, компьютеров Ноутбук в одной стране, то их стоимость многократно возрастет. Другой пример – производство самолета Боинг–787 «Dreamliner». Сама корпорация Боинг превносит лишь 10% добавочной стоимости изделия, остальное обеспечивают 40 ее партнеров в разных странах мира, включая Россию. «Несмотря на сложнейшие проблемы, с которыми фирма Боинг сталкивается при руководстве комплексной, географически распределенной производственной сетью, у нее нет других путей. Ни технологически (у Боинга, к примеру, нет углеродных композитных материалов), ни финансово в одиночку фирма производить такой самолет не в состоянии» (12, с.15).

Все эти аспекты глобализации – технологические, экономические, политические, культурные подробно исследованы в тех бесчисленных статьях и книгах, о которых мы упоминали в начале подраздела. Для нашего исследования, ограниченного характеристикой ПНТР, их подробное рассмотрение неуместно. Мы отметим лишь три непосредственно касающиеся нашей проблемы момента: новую географию мирового научно-технического потенциала, появление новых крупных «игроков» на мировой арене, их роли и перспективы, влияние перемен на мировое научное сообщество.

 

3.2.1. Пробуждение азиатских гигантов

В эволюции географических характеристик промышленного и научно-технического потенциала современного мира можно, на наш взгляд, выделить три этапа. Первый связан с «японским экономическим чудом», когда совершенно разрушенная Второй мировой войной Япония с помощью и под «опекой» США буквально возродилась из пепла и за полтора-два десятилетия не только вошла в лидирующую группу мировых держав, но и заняла в ней по экономическим показателям второе после Соединенных Штатов место. Вторым этапом является выход на мировую арену «новых тигров», когда примеру Японии, пусть не столь объемно и ярко, но все же очень основательно последовали Ю. Корея, Малайзия, Сингапур, Гонконг, Индонезия и Таиланд. Страны разные по территории, численности населения и прочим основным показателям. В разной степени они преуспели в модернизации своих экономик, однако все смогли провести индустриализацию, овладеть (в основном за счет закупки лицензий и иностранных вложений в строительство современных предприятий), новыми технологиями, выйти из экономической отсталости и занять еще не передовые, но вполне достойные позиции на мировой арене. Наконец, в последнее десятилетие прошлого века решительно и масштабно заявили о себе азиатские гиганты – Китай и Индия. Их явление в мировой экономике, науке и технологии знаменует третий этап перестройки географии научно-технического и производственного потенциала современного мира.

Индия и Китай – самые населенные в мире страны. В Китае проживает 20,4% жителей нашей планеты, а в Индии – 17%.

Оба государства относятся к числу самых древних мировых цивилизаций, насчитывающих три-четыре тысячелетия. В течение большей части первого тысячелетия н.э. на Китай и Индию приходилось соответственно четверть и треть мировой экономической активности. В конце этого периода и во втором тысячелетии они постепенно теряли свои позиции, отставая от Японии и Зап. Европы, а за последние 250 лет быстро откатились в число второстепенных экономически отсталых от Западной Европы, США и Японии стран. Причиной тому послужил тот факт, что Китай и Индия «проспали» промышленную революцию.

В середине ХХ в. они пережили радикальную смену политико-экономической ситуации. Индия в 1947 г. добилась независимости от Англии, а в Китае в 1949 г. победила коммунистическая революция под предводительством Мао Дзе-дуна. После этого обе страны пошли по пути, пройденному Россией, – промышленные пятилетки, государственный контроль экономики, стремление к автаркии в торговой политике. В 70-х гг. Китай начал серию реформ, наращивая их темп в 80-х и 90-х гг., открывая свою экономику миру, создавая многочисленные «свободные экономические зоны». В 2001 г. он присоединился к ВТО, его движение в сторону рыночной экономики, признания частной собственности и интеграции в мировую торговую систему получило дополнительный мощный импульс.

Индия начала высвобождение частного сектора от государственной узды в конце 80-х гг., рост её экономики ускорился, но чрезмерные заимствования на международном финансовом рынке привели к краху её финансовой системы и кризису в 1991 г. Преодоление кризиса потребовало значительной либерализации торговли, дальнейшего ослабления контроля государства над частным сектором, допуска зарубежных инвесторов в экономику страны.

Сегодня Китай и Индия все еще относятся к категории развивающихся стран и имеют очень низкие показатели годового дохода на душу населения – 1740 долл. США в Китае и 720 долл. в Индии (2005). Однако по масштабам экономики они уже занимают соответственно четвертое и одиннадцатое места в мире, если считать по номинальному обменному курсу валют. Если же исходить из паритета покупательной способности, то китайская экономика займет второе место, а индийская – четвертое. Более того, их экономический потенциал растет темпами, превышающими среднемировые в 3 раза. По стандартам развитых государств в этих странах достаточно низкий процент граждан с высшим образованием, но вследствие большой численности населения они обладают «критической массой» высокообразованных граждан, ученых и инженеров, а также «критической массой» национальных расходов на исследования и разработки (ИР). В результате они имеют большой инновационный потенциал, который используется не только для внутренних потребностей, но и для выполнения ИР по заказам транснациональных корпораций. И Китай, и Индия становятся все более значительными игроками на мировой арене. Однако важно отметить, что инновациями в Индии и Китае является не только то знание, которое считается новым для мира в целом, но и то знание, которое ново только для самих этих стран. В освоении опыта более развитых государств, в использовании «вторичных» инноваций кроется одна из причин их столь быстрого экономического роста, и этот фактор следует учитывать при оценке их перспектив развития.

В 80-е – 90-е годы ХХ века и в начале XXI Китай и Индия быстро осваивают современные технологии и наращивают свою долю в валовом мировом продукте, возрождаясь в качестве экономических держав планетарного значения.

«Сегодня Китай – ведущий мировой игрок на мировой торговой и инвестиционной арене. Скорость, размах и масштабы его внедрения в глобальную систему беспрецедентны в истории мировой экономики. С конца 70-х гг. его ВВП растет на 8-10% в год, и Китай стал третьей страной мира по объему экспорта потребительских товаров. Он заслужил репутацию мирового производственного центра» (16, с. 3). ВВП Индии в последние три года растет на 8% ежегодно. «В значительной мере этот рост обусловлен быстрым развитием информационных технологий (ИТ), сферы услуг, коммерции и банковского дела. Индия стала мировым центром ИТ услуг» (там же).

В табл. 3 представлены основные показатели Китая, Индии и для сравнения – показатели США.

Таблица 3

Базовые экономические индикаторы Китая, Индии и США

Показатель

Китай

Индия

США

ВВП (2005, млрд. долл)

2229

786

12,4165

ВВП на душу населения (долл.)

1740

720

43500

ВВП на душу населения (2005, по паритету покуп. способн., долл.)

6572

3486

41853

Рост ВВП, %  в год

 

 

 

         1990-2000

10,6

6,0

3,5

          2000-2005

9,5

6,8

2,7

           2005-2006

9,9

8,5

н/д

Капиталовложения в % ВВП (ср. за 1995-2004)

36,1

24,8

19,1

Народонаселение

    Численность (2005, млн.)

1304

1100

297

     Годовой прирост в %

0,9

1,7

0,6

     2004-2020 (прогноз)

1,2

1,3

0,9

     % населения моложе 15 лет (2004)

22,0

32,5

20,9

      Ср. продолжительность жизни, лет

71,4

63,5

77,4

Бедность

 

 

 

Коэффициент Джини (2000)

0,45

0,32

0,41

 % имеющих доход 1 долл. в день (2000-2001)

16,6

34,7

нет

     % имеющих доход до 2 долл. в день

46,7

52,4

нет

Образование

 

 

 

     % грамотных среди тех, кто старше 15 лет (2004)

90,9

61

100

     % поступающих в ср. школу

(2004)

72,5

53,5

94,8

     % поступающих в вуз (2004)

19,1

11,8

82,4

Ср. число лет учебы у взрослых (2000)

6,35

5,06

12,0

Структура экономики, вклад в ВВП, %     

 

 

 

     сельского хозяйства

13

21

1

     промышленность

46

27

22

     сферы услуг

41

52

77

Информационные и коммуникационные технологии

 

 

 

     Число телефонов (включая мобильные) на 1000 населения (2004)

499,4

84,5

1222,7

     Число компьютеров на 1000 населения (2004)

40,9

12,1

749,2

     Число пользователей Интернет на 1000 населения

72,5

32,4

630,0

Окружающая среда

 возобновляемые ресурсы пресной воды на душу населения (м3, 2004)

2170

1167

9535

годной для обработки земли на душу населения (га)

0,11

0,15

0,6

Источники: World Bank KAM 2006 и World Development Indicators 2006.

 

Как видно из таблицы, в 2005 г. численность населения Китая была на 30% выше, чем в Индии, средняя продолжительность жизни – на 8 лет дольше, а ВВП больше примерно в 3 раза. Важно отметить, что ВВП США в 6 раз больше ВВП Китая, хотя население менее ¼ населения последнего. Одной из причин, по которым китайская экономика растет быстрее индийской, – гораздо больший объем инвестиций. За последние 10 лет они составляли 36% ВВП (25% в Индии). На подушных показателях и на росте численности населения четко сказывается китайская политика «один ребенок на одну семью». Демографы полагают, что к 2040 г. население Индии станет больше, чем в Китае. Более быстрый рост населения в Индии определяет и конфигурацию его возрастного состава – основание возрастной пирамиды здесь много шире, чем в Китае или в США. Почти 1/3 жителей Индии моложе 15 лет. Однако для того чтобы реализовать это преимущество, молодежи необходимо дать образование. Китай же скоро столкнется с проблемой старения населения и роста числа иждивенцев.

С ростом экономики в обеих странах сокращается численность граждан, живущих ниже черты бедности (доход до 1 долл. в день) и на грани бедности (доход до 2 долл. в день), и одновременно усиливается расслоение общества на бедных и богатых, увеличивается разрыв между ними, о чем свидетельствует рост коэффициента Джини (25). Рост ВВП на 8% в год для Индии означает, что теоретически доход каждого жителя страны ежегодно возрастает на 200 долл. По данным журнала «Forbes», сегодня в списке самых богатых людей планеты насчитывается боле двух десятков индийцев (17, с.5).

Улучшается ситуация с грамотностью: в Китае неграмотных уже всего 9% граждан старше 15 лет, в Индии таковых еще очень много – 39%. В то же время быстро растет число поступающих в вузы, их доля в соответствующей возрастной группе населения. В Китае в 1995 г. эта доля составляла 5,3%, а в 2004 г. уже 19,1%. В Индии те же показатели равны соответственно 6,6% и 11,8%. В США в вузы поступают 82,4% выпускников средних школ, это один и самых высоких показателей в мире. Но по абсолютному значению численность поступающих в вузы китайцев больше, чем американцев. При этом 40% студентов Китая изучают математику, естественные или технические науки. Средний уровень квалификации выпускников вузов Китая и Индии все еще очень низок, хороших специалистов готовят лучшие, элитные институты. Именно это привлекает иностранные компании, создающие здесь свои исследовательские филиалы. Индийские специалисты, которые традиционно свободно владеют английским языком, активно занимаются оказанием оффшорных услуг через Интернет.

Структурные сдвиги в экономике за последние 25 лет особенно заметны в Китае, где доля сельского хозяйства в ВВП упала до 13%, а промышленности выросла до 46%. В Индии перемены этого рода менее заметны: 1/5 часть ВВП обеспечивает сельское хозяйство, а вклад промышленности (27%) практически не менялся в течение 20 лет. Однако быстро растет доля сферы услуг, причем не только оффшорных, но и банковских, консультативных – во многом за счет филиалов транснациональных корпораций (General Electric, IBM и др).

Важнейшую роль в развитии двух «азиатских гигантов» играет освоение мирового опыта. Стратегии Китая и Индии в этом плане резко различаются. Китай включился в процесс глобализации раньше и гораздо решительнее, Индия долго сохраняла элементы автаркии, включилась в мировую экономику позже Китая и даже сегодня интегрирована в нее далеко не полностью. Основными каналами доступа к мировому массиву знаний являются: торговля; прямые иностранные инвестиции; лицензирование технологий; копирование иностранных образцов и реинжиниринг; обучение национальных кадров за рубежом; использование зарубежной печатной информации и информационных ресурсов Интернета. Основные показатели, характеризующие использование перечисленных каналов Китаем и Индией (в сравнении с США), приведены в табл. 4. Очевидно, что Китай действует более активно и последовательно. В 2004 г. по соотношению объемов внешней торговли и ВВП он занимал второе место в мире после Германии, в настоящее время, по всей вероятности, вышел на первое место. В отличие от Китая, Индия все еще является одной из наиболее закрытых стран мира. А ведь экспорт – это один из важных рычагов обновления продукции, повышения её качества, а, следовательно, и развития технологии, без этого невозможно выдержать конкуренцию на внешнем рынке. Импорт – это кроме всего прочего хорошие возможности копирования и реинжиниринга новейших достижений зарубежных партнеров.

Прямые иностранные вложения капитала в экономику Китая в разы превосходят вложения в Индию. Можно выделить несколько причин. Во-первых, Китай, как уже отмечалось, «открылся» раньше и шире. Во-вторых, рынок Китая сегодня больше и богаче. В-третьих, цены на сырье, землю и т.д. в Китае благоприятнее, и именно они, а не стоимость рабочей силы определяют ценовую обстановку в целом.

Таблица 4

Экономические и научно-технические связи
с зарубежными странами

 

Показатель

Китай

Индия

США

Объем внешней торговли в % от ВВП (2004)

65,30

41,60

23,7

Объем внешней торговли промышленными товарами в % от ВВП (2004)

 

50,35

 

15,29

 

15,47

Экспорт товаров потребления, млн. долл. США

 

30,7

 

10,9

 

7,0

Экспорт промышленных товаров в % от экспорта потребительских

 

 

91

 

 

88

 

 

82

Экспорт высокотехнологичных товаров в % от экспорта промышленных

 

 

30

 

 

5

 

 

32

Экспорт коммерческих услуг, млн. долл.

 

62,1

 

39,6

 

321,8

Экспорт коммерческих услуг в % от ВВП

 

3,2

 

5,7

 

2,7

Экспорт ИТ услуг в % от общего экспорта услуг

 

38,3

 

66,4

 

44,8

Импортные пошлины, % (2006)

3,0

5,0

2,0

Зарубежные капиталовложения в % от ВВП (ср. для 2000-2004)

 

3,89

 

0,68

 

1,37

Лицензионные платежи, тыс. долл. (2004)

 

4496,6

 

420,8

 

23901

Объем лицензионных платежей на млн. населения (2004)

 

3,47

 

0,4

 

81,38

Число студентов, обучающихся за рубежом

 

381330

 

129627

 

46547

Источник: World Bank KAM 2006; OECD, Education at a Glance, 2006.

 

Рабочая сила в Китае сегодня, как правило, дороже, чем в Индии. Наконец, в Китае более эффективны транспорт, сервисная инфраструктура, несколько меньше бюрократической волокиты при решении вопросов торговли. В итоге Китай привлекателен не только как самый большой и быстро развивающийся рынок мира, но и как платформа для производства и экспорта продукции в другие страны. Между транснациональными компаниями имеет место острая конкуренция за получение права обосноваться в Китае. Это заставляет их ввозить действительно новейшие технологии, несмотря на далеко несовершенную систему защиты интеллектуальной собственности и высокую степень риска нарушения этого рода прав, пиратства. В то же время Китай намного активнее Индии ведет и легальное заимствование зарубежного опыта – закупает лицензии; его лицензионные платежи в 10 раз больше индийских. В зарубежных вузах число китайских студентов растет, хотя Китай интенсивно развивает собственную систему высшего образования. Среди 2,7 млн. студентов мира, обучающихся за пределами родной страны, китайцы составляют 15% (не считая Гонконга), а индийцы только 5%. Раньше большинство таких студентов находили гораздо более комфортные условия жизни и труда в стране обучения и домой не возвращались. Но в последние пять лет эта ситуация меняется, «возвращенцев» становится все больше. С одной стороны, и Китай, и Индия всячески их поощряют, да и возможностей получить хорошую работу дома становится с каждым годом больше. С другой стороны, США после 11 сентября значительно затруднили получение студенческих виз иностранцами, и их примеру следуют передовые западноевропейские страны.

Хотя в целом использование мирового опыта в последние десятилетия играло для развития Китая и Индии и продолжает играть сегодня роль более значительную, чем собственный инновационный потенциал, последний достаточно внушителен, быстро прогрессирует и в ряде направлений уже находится на передовых позициях в мире. Достаточно указать на то, что обе страны обладают ядерными и космическими технологиями. Уже отмечалось, что научно-технический потенциал и Китая, и Индии обладает «критической массой», необходимой для интенсивного прогресса. Основные показатели, его характеризующие, представлены в табл. 5.

Обычно в качестве главных «входных» показателей принимают численность ученых и инженеров в стране и национальные расходы на ИР. По первому из этих показателей Китай уступает только США и занимает второе место в мире. У Индии этот показатель примерно в 8 раз меньше, чем у Китая. Весьма возможно, определения данной категории работников (кого в нее зачислять) в Китае и Индии не совпадают, и поэтому разница столь велика. Что касается расходов на ИР, то Китай их стремительно наращивает начиная с 2002 г. К 2004 г. он тратил на науку 1,4% ВВП, в 2006 – 1,6% (оценка). В расчете по паритету покупательной способности в 2007 г. Китай может превзойти по этому показателю Японию и выйти на второе место в мире. Он все еще значительно отстает от США, но разрыв между двумя странами сокращается. Согласно пятнадцатилетнему плану развития науки и техники в 2010 г., расходы Китая на ИР должны возрасти до 2% ВВП, а к 2020 г. – до 2,5%.

Таблица 5

Основные показатели научно-технических потенциалов
Китая, Индии и США

 

Показатель

Китай

Индия

США

Численность ученых и инженеров в сфере Ир (2004)

926252

117528

1334628

Численность ученых и инженеров в ИР на 1 млн. жителей (2004)

708

119

4605

Затраты на ИР, млн. долл. (2004)

27,8

5,9

313,9

Число статей в научных и технических журналах (2003)

 

29186

 

12774

 

211233

Число статей на 1 млн. жителей (2003)

 

22,7

 

12,0

 

726,4

Число выданных в США патентов (2004)

 

597

 

376

 

94110

Число патентов США на 1 млн. жителей

 

0,46

 

0,34

 

320,1

Отношение расходов на ИР к числу статей, тыс. долл.

 

953

 

462

 

1482

Источник: подсчитано по данным World Bank KAM 2006.

 

В Индии приблизительно до 2004 г. национальные расходы на науку колебались в пределах 0,8-0,9% от ВВП, и более 70% средств поступало от государства. В последние два-три года ситуация меняется за счет нарастания трат этого рода в частном секторе. Происходит это благодаря транснациональным корпорациям, открывающим в Индии свои исследовательские центры. По оценке консультативной фирмы Alok Aggarwal сегодня частный сектор тратит на науку больше государства, а суммарные затраты соответствуют 1,1% от ВВП.

Главными «выходными» показателями научно-технического потенциала, учитываемыми статистикой, являются число публикаций в профильных журналах и число патентов, получаемых в США. Китай за последние годы быстро наращивает первый из этих показателей, вдвое превосходит по нему Индию, но число китайских публикаций составляет лишь 14% от числа американских. Число публикаций индийских авторов тоже растет, но медленнее, чем китайских, и, судя по индексам цитирования, они менее содержательны, чем китайские.

Если соотнести два последних показателя с расходами на ИР, то можно получить весьма приблизительную (без учета качества и различий в структуре затрат) оценку эффективности ИР. По объему расходов, приходящихся на одну публикацию, самая эффективнее страна – Индия, за ней следует Китай, а США замыкают тройку. Дело, видимо, в уровнях зарплат ученых. По патентам наибольшей эффективностью обладают США, за ними следует Индия, а Китай занимает третье место. В определенной степени это свидетельствует о том, что и в Индии, и в Китае коммерциализация достижений национальной науки развита слабо. Правда, обе страны стремятся исправить ситуацию, они понимают, что сегодня инновационность является залогом конкурентоспособности на мировом рынке. В связи с этим следует еще раз подчеркнуть, что в научно-техническом потенциале Китая и Индии важную роль играют исследовательские центры транснациональных корпораций. В Китае сегодня действуют более 750 лабораторий зарубежных фирм, в Индии – 250 (16, с. 12). Фактор дешевизны рабочей силы, который вначале очень привлекал корпорации, в настоящее время постепенно сходит на нет, так как квалифицированных местных специалистов уже не хватает, и работодатели вынуждены конкурировать на рынке труда, поднимая зарплату.

Опираясь на рассмотренные данные, можно попытаться заглянуть в будущее. У Китая на этот счет есть конкретные планы и программы. Стратегия создания инновационной экономики страны воплощена в средне- и долгосрочной программе развития науки и технологии, опубликованной Государственным советом в январе 2006 г. Основа программы – увеличение расходов на ИР к 2010 г. до 2,5% ВВП. Это двое больше того, что расходуется в настоящее время. Если эта цель будет достигнута, то в 2010 г. Китай выделит на ИР примерно столько же финансовых ресурсов, сколько сегодня выделяют США, всего на 0,6% меньше, чем Япония, и на 0,6% больше, чем ЕС (17, с.2). Предполагаемое удвоение расходов должно сопровождаться реализацией «ключевых» государственных проектов по созданию важнейших стратегических видов продукции. Масштабы этих проектов сопоставимы с капиталовложениями США в телекоммуникации, исследования космоса, аэронавтику и энергетику за 1945-1991 г. (там же).

Китайская программа содержит 16 ключевых проектов, которые охватывают приоритетную группу секторов, в которую входят: производство базовых электронных элементов, интегральных схем общего применения, базового программного обеспечения, очень больших интегральных схем, мобильных широкополосных беспроволочных средств телекоммуникаций, прогрессивных обрабатывающих центров с числовым программным управлением от ЭВМ, разработка крупных нефтяных и газовых месторождений, строительство больших атомных электростанций с новейшими типами реакторов, контроль за загрязнением водных бассейнов, улучшение их состояния; генная инженерия, создание генетически модифицированных биологических видов, разработка новых лекарственных препаратов, контроль за распространением СПИД’а, лечение его и других инфекционных заболеваний, производство крупных воздушных судов, искусственных спутников для исследования поверхности Земли, запуск пилотируемых космических аппаратов и изучение Луны. По любым меркам – это чрезвычайно амбиционная программа.

Если, во-первых, условно отвлечься от разразившегося в 2008 г. мирового кризиса, и, во-вторых, принять, что средние значения темпов экономического роста Китая и Индии, имевшие место в период 1990-2003 гг., сохраняется на ближайшие годы, то при расчете объемов ВВП по паритету покупательной способности (ППС) Индия обгонит Японию уже в 2008 г. и займет третье место в мире, а Китай догонит США примерно к 2013 г. Конечно, это условные подсчеты, поскольку ППС и объемы в реальных денежных единицах – далеко не одно и то же, и кризис может резко сместить все даты и показатели. Но они хорошо иллюстрируют динамизм «азиатских гигантов». А сколь долго смогут они удерживать достигнутые темпы? Для Китая это 8-10% в год, для Индии – 6-8%. Большинство экономистов считают, что обе страны продолжат наращивать объемы ВВП еще 10-15 лет на уровне 6-7% ежегодно. Основанием для такой оптимистической оценки, в первую очередь, является тот факт, что они пока значительно отстают от мирового технологического уровня. Во всех секторах их экономик существует большой разрыв между наиболее продуктивными и наименее продуктивными фирмами. Поднимая средний уровень в отраслях до уровня передовых, а уровень последних до уровня ведущих мировых производителей, и Китай, и Индия могут продолжить период интенсивного роста. У Индии, которая отстает от Китая, потенциал для этого больше. «Сегодня, когда обе страны достигли «критической массы» научно-технического потенциала, мы можем полагать, что в ряде секторов они выйдут на уровень мировых стандартов» (16, с. 12).

Однако нужно отметить, что эти страны имеют сложные внутренние проблемы: неравномерность развития отдельных регионов, разрыв доходов богатых и бедных, напряженная ситуация с охраной окружающей среды. В Китае к этому добавляется слабость финансовой системы и сложности, связанные с противоречием между однопартийной государственной системой и построением независимой от государства рыночной экономики страны  с растущим образовательным уровнем населения. В Индии дополнительные сложности связаны с необходимостью достичь консенсуса по вопросу о глубоких реформах в многонациональном, многокультурном обществе, где все еще сохраняется кастовое деление с очень высоким уровнем неграмотности населения (52% среди женщин) и с трудностями развития системы высшего образования.

Как быстрый рост Китая и Индии повлияет на экономическую ситуацию в мире в целом, на положение стран, которые являются сегодня мировыми лидерами? С одной стороны, очевидны, по крайней мере, два положительных момента. Во-первых, из Китая и Индии идет поток, который будет только увеличиваться, сравнительно дешевых товаров на рынки других стран, и это выгодно потребителям. Китай уже догнал и, вероятно, обгонит США в будущем по объему экспорта потребительских изделий. Во-вторых, развитие экономик Китая и Индии означает увеличение емкости двух громадных рынков, готовых принять товары и услуги из других стран. В-третьих, система мировой торговли вынуждена будет перестраиваться, менять свою структуру. Ряд отраслей в развитых странах придется сворачивать под давлением китайско-индийской товарной интервенции. Уже в настоящее время в США в трудном положении находятся текстильная, обувная и швейная промышленность, а также отрасли услуг, которые поддаются оцифровке и переведены на оффшор в Индию. Болезненная перестройка неизбежна, но американская экономика способна смягчить негативные эффекты и быстро передислоцировать ресурсы (в том числе трудовые) в новые, более конкурентоспособные отрасли производства.

Отмеченные перспективы серьезно обостряет вопросы охраны интеллектуальной собственности (ИС). Сегодня инновации – это фундаментальная основа конкурентоспособности. Транснациональные корпорации и другие лидирующие мировые компании, торгуя с Китаем и Индией, создавая в этих странах свои производственные и исследовательские филиалы, понимают, что риск пиратства и контрафакции очень велик. Несмотря на то, что система охраны ИС здесь совершенствуется, она все еще остается очень слабой. Предполагается,  что технологические лидеры способны сохранять конкурентоспособность, создавая новинки за то время, пока их продукция будет скопирована и налажено контрафактное производство. Но научный и технологический прогресс Индии и Китая подрывает эту стратегию, и США вместе с другими развитыми странами должны активнее добиваться обеспечения мировых стандартов охраны ИС в Индии и Китае. В то же время они должны внимательно следить за всеми переменами в этих странах и тщательно их анализировать.

Сегодня существует очень широкое поле для кооперации всех стран в целом ряде областей. В частности, экологические проблемы – освоение альтернативных источников энергии, рекультивация земель, восстановление лесов, очистка воды и переработка отходов – требуют для своего решения (а они очень актуальны и для азиатских стран) совместных усилий в глобальном масштабе. В скором времени покупательная способность сотен миллионов китайцев и индийцев возрастет настолько, что они смогут приобретать мобильные телефоны, если они будут стоить 10 долл., компьютеры за 100 долл. и автомобили за 2 тыс. долл. Транснациональные корпорации, когда они смогут в сотрудничестве с местными фирмами обеспечить производство таких изделий, получат практически неограниченный рынок сбыта. В то же время они будут способствовать формированию в Китае и Индии среднего класса европейского и американского уровня. Китай и Индия повзрослели. Их возрождение в качестве супердержав – это одновременно и вызов Западу, и огромные потенциальные возможности. Как будут развиваться эти страны, как они будут взаимодействовать с остальным миром – важно не только для них самих, но и для всего мирового сообщества. Перед миром сегодня стоит множество крупных, сложных проблем, и на этом фоне строить и укреплять позитивные, взаимовыгодные отношения между странами – задача первостепенной важности.


Категория: Парадигма современного научно-технического развития | Просмотров: 168 | Добавил: retradazia | Рейтинг: 0.0/0