Кулькин, Анатолий Михайлович

23:32
Технополисы Франции

Франция

Экономика Франции отличается от немецкой и английской крупными масштабами государственного сектора в промышленности, финансах и науке. Обычное для других стран деление на государственный, частный и академический (вузовский) секторы здесь выгладит менее отчетливо, настолько, что в глазах многих американских исследователей «всепроникающий характер вмешательства правительства в дела промышленности и высших учебных заведений вообще затрудняет разграничение трех секторов как таковых» (12, с.247). В отношении влияния правительства на развитие промышленности и науки ситуация напоминает японскую, хотя источники этого влияния несколько иные.

Кроме того, для Франции характерна высокая степень концентрации промышленных ИР на сравнительно небольшом числе фирм. По данным Министерства науки и технологии, исследованиями и экспериментальными разработками тут занимаются лишь около 1500 предприятий, причем всего 1300 делают это более или менее постоянно и организованно, пользуясь услугами хотя бы одного научного сотрудника, занятого полный рабочий день. А более 50 научных сотрудников имеют только 100 предприятий, на долю которых приходится порядка 3/4 всего объема ИР в промышленности и 90% всех правительственных контрактов и субсидий. В то же время более 900 фирм из упомянутых 1300 используют менее 10 ученых, и на этих фирмах выполняется менее 7,5% общего объема промышленных ИР и около 2% государственных заказов (26, с.38). На долю национализированных компаний приходится более 50% всех про-мышленных исследований и разработок (26, с.39).

Территориально научный потенциал промышленности сконцентрирован в столичном регионе, где работают (1984) 25 051 человек, или более 60% всех ученых, занятых на предприятиях французской индустрии (8, с.410). Это похоже на Японию с ее научно-индустриальным поясом Токио – Осака.

Следует отметить и еще три специфичных для Франции и сходных с японским вариантом момента. Первый из них – это сравнительно не-большая роль венчурного капитала. «Распространенность рискового капитала и степень риска, которые считаются совершенно обычным делом в Соединенных Штатах, во французском промышленном секторе не существует. Это проявляется, в частности, в небольшом количестве венчурных банковских фирм и нежелании традиционных банков финансировать рискованные предприятия» (12, с.252). Видимо, не случайно именно французское слово «рантье» давным-давно стало нарицательным интернациональным термином для обозначения определенного типа финансиста – с небольшим капиталом, вложенным туда, где можно получить пусть скромный, но надежно гарантированный доход, предпочитающего спокойную и бездеятельную стрижку купонов сулящим золотые горы авантюрам. Такого рода привычки очень живучи и мало меняются, несмотря на разительные перемены условий жизни.

Второй момент, в какой-то мере являющийся следствием первого, состоит в том, что во Франции до последнего времени почти не было малых и средних новаторских наукоемких фирм, так положительно зарекомендовавших себя во многих странах.

Наконец, третье обстоятельство – это специфика французской высшей школы. Она представлена двумя типами учебных заведений – университетами и техническими «большими школами» (grandes ecoles). Оба типа вузов выпускают ученых, инженеров и администраторов, сравнительно слабо подготовленных в прикладных областях науки, а также в вопросах административно-финансовых, таких, как маркетинг, экономика исследовательской деятельности, бухгалтерский учет (12, с.257). Университетские курсы в основном чисто теоретические, и то же самое можно сказать и об исследовательской деятельности вузов: она либо лежит в сфере достаточно абстрактных теоретических разработок, либо преследует учебные цели.

Все перечисленные выше обстоятельства наложили отпечаток на процесс возникновения и развития французских научных парков-технополисов, определили его отличительные особенности, не меняя, разумеется, основного содержания. Хронология этого процесса приблизительно та же, что в Великобритании, обе страны действовали почти синхронно. Три первых технополиса появились во Франции на рубеже 60-х и 70-х годов по инициативе отдельных энтузиастов, поддержанной местными властями (коммунами) и в порядке эксперимента – центральным правительством. Инициаторов, как и в Англии, вдохновил пример американских регионов науки в Массачусетсе и Калифорнии.

С начала 80-х годов «технополизация» приобретает общенациональный размах и становится одной из важных составляющих государственных пятилетних планов социально-экономического развития Франции. Создание технополисов хорошо сочеталось с тремя стержневыми установками 9-й (1984–1989) пятилетки: 1) структурная перестройка с ориентацией на наукоемкие технологии; 2) решительная децентрализация государственных научно-исследовательских учреждений, вузов и крупных промышленных фирм с переводом части из них в провинцию или созданием там филиалов, новых лабораторий и учебных заведений; 3) поощрение программ регионального развития, усиление роли департаментов, передача им необходимых прав и ресурсов. Здесь прослеживается много аналогий и с американским «новым федерализмом», и с японской программой технополисов, правда, без присущего последней конкурсного ажиотажа. Аналогии эти лишний раз подчеркивают объективность и универсальность основных направлений эволюции передовых стран современного мира.

Руководствуясь специальным законом о планировании развития науки и технологии, принятым французским парламентом в 1982 г., цен-тральное правительство и «коммуны» департаментов совместно разработали подробные схемы специализации каждого региона с учетом сложившегося потенциала, традиций и разделения труда между ними. Для всех департаментов были определены приоритетные отрасли новой техники, в которых они должны стремиться достичь результатов мирового уровня, и традиционные отрасли, подлежащие качественному обновлению на базе новых технологий. Допустим, Пуату концентрирует усилия в области химии, океанографии, термодинамики, точной механики и обработке древесины; Лангедок – на агроиндустрии и аквакультуре, биоинженерии, фармакологии, робототехнике, энергетике и гидравлике; Аквитания – на композитных материалах, микроэлектронике, биотехнологии, автоматизации производства, нефтепереработке; а Эльзас – на ядерной физике, биотехнологии, получении чистых химикатов, материаловедении, медицине, фотонике. И так по каждому из 21 департамента.

Реализуются планы регионального развития на основе так называемых контрактов между государством и регионом, подписанных в 1984 г. и по сути дела являющихся конкретными приложениями к пятилетке. Все контракты предусматривают создание и расширение местной исследовательской и технологической базы, а также меры по использованию этого потенциала в целях социально-экономического прогресса региона. В специальных соглашениях, входящих в состав контракта, оговаривается совместная работа центральных государственных научно-исследовательских институтов (Национального центра научных исследований – CNRS, Национального института проблем информатики и автоматики – INRIA) и местных исследовательских организаций по совершенствованию регионального научного потенциала, строительство и оснащение новых лабораторий, открытие докторантуры в местных вузах. Акцент делается на расширение прикладных исследований, соответствующих спе-циализации региона (к примеру, в Аквитании создается Институт композитных материалов). В контрактах предусматриваются организация сети консультационных пунктов центрального Агентства по развитию автоматизации производства (Agence pour le Development de la productique automatisee), а со стороны департаментов – создание региональных фондов поддержки нововведений. Последние должны работать в контакте с правительственными Центрами поощрения нововведений и внедрения их в промышленность (Centres regionaux des inovations et de technologies – CRITT). Таких центров во Франции 40. Через них осуществляется взаимодействие государственных НИИ с промышленностью, оказывается помощь небольшим предприятиям в освоении новых технологий и совершенствовании продукции: предоставляется техническая информация, консультации специалистов и т.д., вплоть до совместной разработки новых моделей. Некоторые CRITT занимаются только региональными проблемами, но большинство специализированы на определенных направлениях техники (новые материалы, термообработка, нанесение покрытий, применение компьютеров, биотехнология и др.) и в своей узкой области функционируют как национальные или международные. На осуществле-ние программ регионального развития правительство страны выделило 1,8 млрд. фр. (12, с.42).

Таковы основные моменты, характеризующие обстановку, в кото-рой начался бурный рост французских технополисов. Если к 1980 г. их было всего 3, то к 1985 г. в число действующих вошли еще 5, стало 8, в 1988 г. работало уже 18, строилось 14 и проектировалось 12, так что не сегодня, так завтра общее число технополисов более чем в 2 раза превысит число департаментов. Уже в июне 1985 г. газета деловых кругов «L`Usine Nouvelle» предварила шестиполосную статью «Гонка технополисов» такой шапкой: «Где только нет теперь технополиса? Научные парки, кишащие “высокотехнологичными” предприятиями, становятся жестким императивом для муниципалитетов, ищущих пути создания новых рабочих мест и повышения занятости» (15, с.15). Конечно, технополисы не строятся по типовому проекту и отличаются друг от друга многими деталями, но все же имеют достаточно много общего, что позволяет рассматривать их все как варианты одной и той же «французской» модели.

Как она выглядит, мы покажем на двух примерах – технополиса самого первого, расположенного вблизи Гренобля, и технополиса самого известного, неподалеку от столицы знаменитого Лазурного берега, Ниццы.

Официальное название старейшего французского технополиса звучит так: Зона научных и технических нововведений и производства Мейлан-Гренобль (французское сокращение – ZIRST de Meylan-Grenoble). Зона находится на территории двух соседствующих коммун в альпийских предгорьях, вдоль шоссе, ведущего из Франции в Швейцарию, к Женеве. Площадь зоны – около 110 га. Гренобль с окрестностями по французским меркам относится к городам средней величины – почти 500 тыс. жителей. Но по сосредоточенному здесь научному потенциалу он уступает только Парижу, а область Рона – Альпы является вторым по значению промышленным регионом страны после центрального, родиной французских гидроэлектростанций. В Гренобле – три университета, Национальный политехнический институт, в составе которого семь инженерных школ, Центр ядерных исследований, основанный в 1945 г., около 150 государственных и несколько частных промышленных научных лабораторий. О масштабе вузов говорит число студентов – их 35 тыс. человек (24, с.43). По некоторым оценкам, здесь получили образование 14% всех французских инженеров-электронщиков, а число научных работников в Гренобле превышает 7500. Среди промышленных предприятий города немало филиалов крупнейших французских и зарубежных наукоемких концернов: «Мерлин-Герин» (электротехника и электроника), «Нейрик» (гидравлика и оборудование для атомных «Томсон») (полупроводники, электроника), «Булл» (электроника), «Хьюлетт-Паккард» (информационная техника).

Инициатива создания технополиса принадлежала местным властям (1968). «В те времена было много разговоров об огибающем Бостон с севера Шоссе-128, по обе стороны которого концентрировалась наукоемкая промышленность, связанная с выполнением программы Аполлон, – вспоминает один из основателей ZIRST, Рене Рои. – Отсюда и появилась идея выделить у себя территорию для строительства индустриальной зоны» (24, с.44). Инициативная группа, куда вошли представители университетов, промышленности и коммун заинтересованных городов, провела тщательную оценку реальности предложения, выгод и трудностей, с ним связанных, и решила, что шансы на успех дела достаточно высоки. В 1970–1971 гг. были созданы две организации, которые занялись конкретной реализацией проекта: Ассоциация зоны (А-ZIRST) и Комитет по рассмотрению заявок (Comite d’Agrement). Президентом ассоциации стал управляющий директор Центра ядерных исследований, а в число ее членов вошли местные промышленники, политические деятели, администраторы вузов и ученые. В 1972 г. ассоциация была заменена двумя самостоятельными учреждениями: Prozirst (Society commerciale de promotion immobiliere et de gestion) и Upirg (Union pour la de l’innovation en region Grenobloise). Первое из них – это акционерная строительная фирма, которая взяла на себя инженерную подготовку территории и возведение зданий.

Держателями акций были четыре крупных банка, в их числе – «Креди Лионэ» (Credity Lionnais), несколько финансовых организаций, местная Торгово-промышленная палата и строительная корпорация департамента Изер SADI (Society d’amenagement du departement de l’Isere). Вместе с советом директоров этой фирмой руководили и консультативный совет из представителей администрации департамента и муниципалитетов Гренобля, Мейлана и Монтбоно – трех городов или коммун, на территории которых располагалась зона. Таким образом, Prozirst выступала как объединение частного капитала и государства, координируя их совместные усилия. В 1982 г. все функции этой фирмы перешли к корпорации SADI, т.е. по сути дела руководство зоной сместилось с муниципального уровня на более высокий – в департамент. Но юридически финансовая и административная ответственность по-прежнему лежит на муниципалитете Мейлана, поскольку основная часть зоны находится в пределах его земель. Генеральный совет департамента Изер официально гарантирует состоятельность этого муниципалитета в качестве представляющего зону юридического лица.

Второе учреждение – Upirg – является органом, координирующим процессы передачи технологии от вузов и исследовательских центров в промышленность, а также между фирмами, располагающимися на территории зоны. Соответственно, в него входят представители промышленных и научных кругов. Под эгидой Upirg функционирует Инновационный центр (Maison de l’innovation), поддерживающий тесные контакты с аналогичными государственными организациями.

Что касается Комитета по рассмотрению заявок, то его задача состоит в отборе претендентов на приобретение или аренду зданий в технополисе «в соответствии с техническими и финансовыми критериями» (24, с.44). По правилам сюда допускаются только фирмы и организации, работающие в области высоких технологий. Деятельность их ограничена проведением исследований и разработок, созданием прототипов и опытным производством. Выпуск крупных серий или массовое изготовление продукции запрещается. Кроме научных и производственных фирм в технополис «принимают» и организации сервисного профиля – консультативные фирмы, патентные учреждения, фирмы технического обслуживания, включая обработку данных и т.п. Есть здесь, конечно, и своя сфера услуг – два ресторана, отель, спортивные сооружения, бюро путешествий, рекламное бюро и т.д. Комитет имеет право инспекции размещенных на территории технополиса учреждений. Членами Комитета являются представители муниципалитетов, местной торгово-промышленной палаты, Ассоциации предприятий технополиса (Association inter-enterprise de la ZIRST) и SADI.

Первые здания были построены уже в 1972 г., к началу 80-х годов застройка охватила 40 га, в 1983 г. приступили ко «второй очереди» – еще 25 га, и в настоящее время 65 га полностью освоены и либо проданы клиентам, либо сданы в аренду. Наплыв желающих обосноваться в технополисе начался с 1975 г., после того как там разместился один из филиалов концерна «Мерлин-Герин». Кроме того, к этому времени были построены первые здания инкубаторов, предназначенных для сдачи помещений в аренду малым и средним вновь создаваемым фирмам. В этом отношении ZIRST резко отличается от других французских технополисов, где инкубаторами и поощрением мелкого предпринимательства занялись гораздо позже, во второй половине 80-х годов. Здесь же уже в 1976 г. торгово-промышленная палата подготовила 400 кв. м «инкубаторных» площадей, затем Prozirst ввел еще 360 кв. м, в 1977 г. SADI при финансовой помощи Генерального совета департамента построила 3200 кв. м, в 1982 г. – 1600 кв. м и в 1984 г. – 2200 кв. м. Параллельно инкубаторы строились и частными фирмами, так что в целом уже к 1986 г. их площадь достигла примерно 27 тыс. кв. м (26, с.25–26). Благодаря тесным связям с вузами и лабораториями Гренобля приток новых небольших фирм в технополис шел довольно активно, да и внутри самой зоны появился целый ряд «отпрысков» – отделившиеся от крупных компаний или обосновавшиеся там государственные исследовательские центры. За 1975–1986 гг. таких новичков первого и второго поколения набралось более 40 с числом работающих 400 человек (26, с.64). В итоге состав клиентов ZIRST напоминает скорее английские университетские парки, чем типичную для Франции картину. В 1988 г. он выглядел следующим образом (24, с.45):

– Национальный центр телекоммуникаций – 350 человек;
– 2 филиала «Merlin Gerin Group» – 900 человек;
– 2 фирмы с числом занятых 100–200 человек;
– 6 фирм с числом занятых 50–100 человек;
– 60 фирм с числом занятых 10–50 человек;
– 90 фирм с числом занятых 1–10 человек.

Всего на территории технополиса размещалось, таким образом, более 160 клиентов, а общее число рабочих мест составляло около 4 тыс. Если сравнить эти данные с аналогичными показателями за 1985 г. (табл.7), то можно констатировать быстрый темп роста, причем именно за счет мелких фирм. Что касается национальной принадлежности и возраста, то в ZIRST подавляющее большинство фирм (95%) – французские, в том числе 90% местного происхождениям, 45% – вновь созданные (26, с.66). Основные области специализации – вычислительная техника, разработка программного обеспечения, автоматизация производства, промышленная электроника, искусственный интеллект и робототехника (24, с.45). Из зарубежных фирм большинство – американские: «Хониуелл» (Honeywell), «Хьюлетт-Паккард» (Hewlett-Packard), «Моторола» (Motorola).

Таблица 7

Численность работавших на фирмах-клиентах в 1985 г.

Число работающих Число фирм
1–5 43
6–10 27
11–25 24
26–100 19
100 3
Всего: 3600 116

Многие фирмы технополиса известны не только во Франции, но и во всем мире, активно участвуют в западноевропейских исследовательских программах «Эсприт» (Esprit) и «Эврика» (Eurika). Так, фирма ИТМИ (IТМI), специализирующаяся на создании систем искусственного интеллекта, работает вместе с еще одной французской, двумя швейцарскими и тремя итальянскими фирмами над входящим в программу «Эврика» робототехническим проектом «Митра» (MITHRA).

В заключение – данные о затратах на строительство ZIRST. Инженерная подготовка территории в 40 га с подводом коммуникаций, дорог и т.д. обошлась в 68,6 млн. фр., т.е. около 1,7 млн. на 1 га. Все деньги из общественных фондов, от центрального правительства – 0,6 млн., а остальное – из бюджетов департамента и муниципалитетов. Если считать, что вторая очередь (25 га) потребовала таких же удельных затрат, то всего на освоение зоны в 65 га затрачено порядка 111,1 млн. фр. На сооружение зданий общего пользования первой очереди ушло 18 млн. фр. Помещения инкубаторов стоили 133,5 млн. фр., от 4,5 тыс. до 5,3 тыс. фр. за 1 кв. м в зависимости от времени постройки и застройщика. Часть клиентов покупали участки и строили здания сами, их затраты неизвестны. Ориентировочно можно оценить общую стоимость всех строительных работ на 65 га в 350–400 млн. фр.


Категория: Научные и технологические парки, технополисы и регионы науки | Просмотров: 759 | Добавил: retradazia | Рейтинг: 0.0/0