Кулькин, Анатолий Михайлович

14:11
Введение.

А.Н.Авдулов, А.М.Кулькин.

Контуры информационного общества

РАН. ИНИОН. Центр науч.-информ. исслед. по науке, образованию и технологиям. – М., 2005.

Монография посвящена одной из наиболее актуальных проблем современного этапа общественного развития, который формируется в настоящее время в передовых странах мира и за которым закрепилось название «информационное общество» (ИО). Авторы анализируют этимологию данного термина и подробно рассматривают главные отличительные моменты, свойственные ИО, в первую очередь ведущую роль научно-технического потенциала в системе производительных сил, классификации последних, наглядно иллюстрирующая их распространенность и значение в обществе. Прослеживается связь между информатизацией и свойственными современному этапу процессами глобализации экономики, культуры, политики. Дается оценка новой парадигмы технологического развития, сложившейся в наиболее развитых государствах. Особое внимание уделяется проблемам, созданным с информатизацией российского общества – состоянию его научного потенциала, стратегии развития инновационной деятельности в РФ, формирования российской инновационной системы, складывающейся модели информатизации России и ее потенциальному влиянию на национальную безопасность страны

Введение

Информационным обществом (ИО) называют этап общественного развития, который формируется в передовых странах мира, начиная с середины ХХ в. Это название фактически обрело уже статус официального, поскольку широко используется не только в средствах массовой информации и обществоведческой литературе, но и в официальных документах правительственных и международных организаций. Более того, в ряде стран и на международном уровне в последние десятилетия прошлого века появились государственные и межгосударственные программы, непосредственно нацеленные на развитие ИО и включение в процесс его строительства развивающихся стран, нацеленные на превращение этого процесса в глобальный, охватывающий подавляющее большинство государств мира.

Как и названия какого-либо иного исторического периода эволюции общества термин, «информационное общество» отражает одну из наиболее характерных и внешне заметных особенностей современного этапа, а именно бурное, революционное развитие во второй половине прошлого столетия так называемых информационных технологий (ИТ). Последние основаны на использовании средств микроэлектроники для автоматического сбора, преобразования, хранения, поиска и передачи на расстояние информации любого вида.

Все множество ИТ можно разделить на три основных группы: базовые (производство элементной базы – интегральных микросхем – схем памяти, процессоров и т.п.), первичные (устройства и системы, где информация является как исходным, так и конечным, доступным пользователю продуктом, – компьютеры, телевизоры, телефоны, магнитофоны) и вторичные, где информационные устройства не являются самоцелью, а играют вспомогательную роль (например, станки с ЧПУ, банкоматы и множество других автоматических и полуавтоматических систем, в том числе автоматов, заменяющих не физический, а умственный труд человека, т.е. обеспечивающих принципиально новую ступень автоматизации). Именно эта триада, которая и сегодня не стоит на месте, а непрерывно совершенствуется, составляет технологическую основу ИО, и в этом смысле данный термин адекватно отражает современные особенности и ближайшие перспективы общественного развития.

Индустриальное общество, сменившее аграрное в ходе промышленной революции, в свою очередь уступает место постиндустриальному, первым этапом которого является общество информационное. Информатизация не является абстрактной самодовлеющей целью, она выступает как наиболее эффективное сегодня средство обеспечения научно-технического и социально-экономического прогресса. Однако наличие ИТ не является единственной особенностью информационного общества, сами по себе они не определяют его фундаментальные экономические, социальные, культурные и политические характеристики, среди которых основными являются следующие.

1. В современном мире страны, достигшие стадии ИО, обладают наиболее эффективной и мощной экономикой, лидируют по всем показателям благосостояния граждан – уровню жизни, её средней продолжительности, социальной защищенности, медицинскому обслуживанию и здравоохранению. Эти страны также опережают остальные в строительстве гражданского общества, обеспечении прав человека и основ демократии.

2. В структуре производительных сил ИО ведущую роль играет научно-технический потенциал. Отсюда второй часто употребляемый термин – «общество знания» или «общество, основанное на знании». Новая роль науки как основ благосостояния общества является наиболее весомым, бесповоротным и перспективным изменением, произошедшим в жизни человечества за последнее столетие. Такие традиционные факторы, как размеры территории, климат, запасы полезных ископаемых, численность населения, отступают на второй план. «Вырастает новая экономика, экономика Информационного Века, в которой главным источником богатства являются не природные ресурсы и физический труд, а знание и коммуникации» (2, с. 1).

Национальные расходы на исследования и разработки (ИР) передовых стран, лидирующих в мире по уровню информатизации, составляют 2–3% ВВП , при этом государство в большинстве стран обеспечивает примерно половину этих затрат. Фундаментальная наука почти полностью финансируется государством. В США на ИР ассигнуется около 4% расходной части федерального бюджета.

3. В промышленности и сфере услуг ведущую роль играют обеспечивающие интенсивный характер экономического роста наукоемкие (high technology) отрасли, в том числе информационные. Продукция этих отраслей имеет большую долю добавленной стоимости, они демонстрируют высокие темпы роста производства и объемов сбыта. За период с 1980 по 1997 г. средний годовой прирост объемов наукоемкого промышленного производства в мире составлял, с поправкой на инфляцию, 6,2%, тогда как в прочих обрабатывающих отраслях он был равен 2,7% (3, гл. 7, с. 6). Аналогичная ситуация имеет место и в наукоемких отраслях сферы услуг. В мировом производстве и на мировом рынке наукоемкой продукции господствующее положение занимают страны, наиболее продвинутые на пути построения ИО – США, Япония, ведущие государства Западной Европы. Вклад информационного сектора в ВВП у стран-лидеров составляет до 65% (5, с. 230).

4. Экономика ИО носит инновационный характер, причем инновации обретают форму каскадов, а их диффузия в обществе протекает намного быстрее, чем раньше. Например, четверть населения США владела автомобилем через 35, а телефоном – через 39 лет после их изобретения; а персональным компьютером такая же доля населения обзавелась за 18 лет, мобильным телефоном – за 13 лет, а к сети Интернет подключилась всего за 7 лет (4, с. 30).

Особое внимание в ИО государство уделяет инновационному потенциалу малого и среднего бизнеса. В США он обеспечивает 50% занятости в частном секторе и половину ВВП страны. Число ученых и инженеров на 1 тыс. работающих у больших и малых фирм одинаково, а стоимость ИР, приходящаяся на 1 долл. объема продаж, на больших фирмах примерно вдвое выше. Малый бизнес обладает богатейшим инновационным потенциалом и потому является объектом забот со стороны властей всех уровней, оказы-вающих ему налоговую, кредитную, консультативную и административную помощь.

5. В ИО принципиально меняется система управления экономикой, происходит «революция менеджмента», суть которой состоит в замене жестких иерархических структур прошлого гибкими сетевыми горизонтальными структурами, хорошо приспособленными к тому, чтобы реагировать на изменения внешних условий. Как утверждает один из «капитанов» американского бизнеса (г. Ковак, фирма «Goodyear», мировой производитель шин), «нужна организационная структура, способная изменяться ежегодно, ежемесячно, еженедельно, ежедневно и даже ежечасно применительно к новым обстоятельствам. Жесткие системы стали динозаврами» (2, с.5).

6. Структура занятости в ИО качественно иная, чем в эпоху индустриального общества. В сельском хозяйстве занято 2–3% населения, в добывающей и обрабатывающей промышленности – порядка 15–20%, а остальные – в сфере обслуживания, значительная часть которой входит в информационный сектор. В США перечисленные показатели составляют, соответственно, 2,8, 13 и 81%.

7. В ИО особое значение приобретает качество труда, его квалификация. Информационной экономике нужны работники с высокой профессиональной подготовкой, широко образованные, способные и готовые участвовать в стратегическом планировании. Это меняет отношения между работодателями и работниками, придает им скорее партнерский, чем «эксплуататорский» характер. Работники становятся не просто рабочей силой, а человеческим капиталом предприятия.

8. В этой связи возрастают роль и ответственность системы образования во всех ее звеньях, которые должны обеспечить и подготовку необходимого количества специалистов, в том числе научную элиту, и общий достаточно высокий уровень грамотности населения, необходимый гражданскому обществу. Система образования насыщается ИТ. Получают широкое развитие такие формы высшего образования, как дистантное, двойное высшее, формируется потребность в пожизненном образовании, и оно получает свое развитие. В школах США компьютер приходится на каждые 6 учеников, 89% муниципальных школ и все частные имеют выход в Интернет; 79% общественных 4-летних колледжей предлагали дистанционное обучение, в 2- и 4-летних колледжах преподаются 52 270 дистанционных курсов, их «посещают» более 1,6 млн. студентов (3, гл.9, с. 26).

9. ИО обладает высокоразвитой, насыщенной информационной инфраструктурой. В США 51% семей имеют персональные компьютеры и 41% – выход в Интернет. На каждую 1000 человек населения приходится 235 хостов Интернета. «Практически каждое рабочее место на крупных заводах оборудовано компьютером, фиксирующем и передающим данные о процессе производства. Каждый торговец, кассир в банке, оператор на телефонной станции и т.д. работает с помощью компьютера. Автомобили, бытовая техника напичканы микросхемами…» (6, с. 20). Наконец, сети: внутрифирменные, региональные, национальные. В общей сложности десятки миллионов сетей. Венец их – Интернет, охватывающий всю планету. Сети порождают качественно новые связи в бизнесе, новые виды последнего (электронная коммерция и др.), новый культурный мир, новые средства общения в науке; в общем, складывается целая «виртуальная Вселенная», в которой мы уже начали жить, хотя и не осознаём до конца возможные последствия этого шага.

Информатизация общества в национальном и международном масштабах теснейшим образом связана с глобализацией. Последняя сегодня является как бы общим фоном, на котором разворачиваются все другие преобразования. Информатизация – важная часть этих преобразований, одна из самых активных и действенных. Глобализация сказывается на всех сторонах жизнедеятельности общества – экономике, культуре, политике.

Россия не может и не должна изолироваться от мировых тенденций развития. Задача перехода к ИО стоит и перед ней. Как отмечал Президент РФ, выступая перед Федеральным собранием с Посланием 16 мая 2003 г., «ни одна страна, каких бы размеров и какой бы богатой она ни была, не может развиваться успешно, если она изолирована от остального мира». Россия участвовала в принятии Окинавской хартии глобального информационного общества (июль 2000 г.), поддерживает и разделяет изложенные в ней идеи, готова внести свой вклад в достижение поставленных Хартией целей. Но, как и у любой другой страны, путь России в ИО должен отвечать ее национальным интересам и исходить из ее особенностей. Универсальных рецептов тут нет, есть лишь общие принципиальные ориентиры, определяющиеся изложенными выше характеристиками. Суть концепции развития ИО в нашей стране должна состоять в том, чтобы адаптировать эти ориентиры к конкретным российским социоэкономическим, социокультурным и государственно-политическим условиям.

Современные информационные технологии начали успешно развиваться в России вскоре после Второй мировой войны. Однако из-за ошибочных решений руководства страны этот процесс замедлился и по-настоящему, хотя и крайне непоследовательно, мы вступили на путь информатизации в конце 80-х – начале 90-х годов, когда были преодолены идеологические установки, рассматривающие этот процесс как диверсию империализма. В ходе последовавшего десятилетия непродуманных, хаотичных реформ ИТ проникали в нашу страну, но процесс этот был неупорядоченным. Россия информатизировалась, но информатизировалась крайне однобоко, только как потребитель наиболее простых и популярных ИТ. Импортировались компьютеры, телефоны и телефонные станции, программное обеспечение, в том числе множество игр, игровых приставок, бытовая электроника и т.д. А в то же самое время разрушалась основа основ ИО – научный потенциал России, нищала и деградировала фундаментальная наука, разваливались, теряли кадры отраслевые научные центры, даже те, которые работали на самом высоком мировом уровне, опережая другие страны по ряду важнейших направлений. Условия для развития малого инновационного наукоемкого бизнеса не создавались, инвестиционный климат был крайне неблагоприятным. В России складывался олигархический, пронизанный сверху донизу криминалом, хищнический капитализм, бесчинствовала бюрократия и отчетливо проявлялись тенденции к местному сепаратизму, зрела угроза распада.

Только за последние годы начала складываться обстановка, объективно позволяющая стране встать на путь нормального цивилизованного развития. К 2003 г. Россия прошла уже значительный отрезок по пути «потребительской» информатизации и по темпам роста таких показателей, как масштабы компьютерного парка, в том числе персональных ЭВМ, число подключений к Интернету, число хостов в Интернете, количество телефонов, особенно сотовых и т.п., обгоняет многие страны. В значительной степени оснащены информационной техникой банки, торговля, страховые учреждения, многие производственные организации, школы, библиотеки, вузы, административные органы управления, бухгалтерии, бурно развиваются интрафирменные сети.

Задача сегодня состоит не в создании неких новых принципов и подходов к информатизации российского общества, а в разработке конкретной реализуемой системы мер и последовательности их осуществления, определении размеров и форм государственной правовой, политической, финансовой и административно-организационной поддержки, призванной обеспечить выполнение намеченного. Такого рода программа должна разрабатываться на федеральном уровне, но содержать масштабный региональный компонент, а лучше – дополняться программами информатизации, разрабатываемыми в каждом субъекте федерации с учетом его специфики.

При разработке такого рода материалов необходимо иметь в виду два важных концептуальных момента и в определенной мере ими руководствоваться.

Во-первых, традиционные отрасли хозяйства в ходе информатизации общества не разрушаются и не исчезают (нам все еще нужно есть, одеваться, строить дома, дороги, производить оружие и т.д.), они технически и организационно преобразуются на базе вторичных ИТ, повышается уровень автоматизации, сокращается число работников, растет объем выпуска, отрасли превращаются в наукоемкие. Распространенный тезис о том, что Россия должна перестать быть ресурсодобывающей страной и стать обществом высоких технологий, не следует воспринимать как противопоставление различных секторов экономики.

Во-вторых, необходимо постоянно учитывать, что, догоняя, повторяя и заимствуя, догнать, а тем более вырваться вперед, невозможно. Опираясь на науку, на ее фундаментальные достижения, необходимо ставить цели и намечать параметры, превосходящие уже достигнутые где-либо в мире. Экономика, основанная на знании, еще настолько молода, что мы видим только первые проблески ее отдаленных последствий. Сегодня мы используем информационные технологии, чтобы улучшить, ускорить, удешевить то, что мы в принципе имели раньше. Завтра могут появиться и наверняка появятся процессы и изделия, которых мы никогда не знали. Вот в это «завтра» и надо заглядывать, определяя научно-технические вехи информатизации России, иначе нам не встать в один ряд с ведущими державами современности.

Российская наука в очень трудном положении. Нищенская зарплата, потеря престижности профессии ученого, утечка умов, разрыв поколений. В РФ в 1998 г. доктора и кандидаты наук в возрасте до 39 лет включительно составляли всего-навсего 13,3% от общей численности этой категории исследователей. В группе от 40 до 49 лет, было 25,1%, а от 50 и старше – 61,6, в том числе 60 и старше – 30,6. В США возрастная структура по соответствующим группам выглядит совершенно иначе: 43,6; 29,6 и 24,3%, в том числе 6,3%. При этом динамики этих показателей у нас и в Америке, да и в других развитых странах противоположны (7, с. 125). Это очень опасная тенденция, и ее необходимо переломить, иначе мы дальше потребительской информатизации никогда не пойдем. Науке нужны молодые кадры, пока еще есть кому их научить (скоро будет некому!), новейшее оборудование, достойное финансирование. Нынешнее правительство этих проблем не решает, создавая тем самым очень серьезную угрозу будущему страны. Россия тратит на ИР в 26 раз меньше, чем США, в 9,6 раза меньше, чем Япония, в 4,5 раза меньше, чем Германия. С такой финансовой базой пре-тендовать на сколько-нибудь солидное место в мировом инновационно-информационном процессе нереально.

В свете сказанного следует четко уяснить, что для каждой страны в зависимости от уровня ее экономического, культурного и социального развития, процесс информатизации должен рассматриваться как средство реализации общегосударственных, общенациональных целей, но не как нечто самодовлеющее, независящее от социальных, культурных и экономических процессов.


Категория: Контуры информационного общества | Просмотров: 674 | Добавил: retradazia | Рейтинг: 5.0/9